Автор: Каплина З. И.

The post Хужирская больница – прошлое и настоящее appeared first on Таинственный Ольхон.

«Не думали братцы, мы с вами вчера,
Что нынче умрём под волнами…»

Этот материал, подготовленный для районной газеты Зина­идой Ивановной Каплиной, вновь возвращает нас к страшной трагедии на Бaйкaле, разыгравшейся полвека назад. Зинаида Ивановна давно и плодотворно сотрудничает с «Бaйкaльскими зорями». И на этот раз она проделала огромную работу, собирая по крупицам события тех трагических для островитян дней.

Как она пишет в своём письме в редакцию: «ходила по до­мам, к себе приглашала людей, исписала кучу бумаг, пока ра­ботала над этим материалом. Посвящаю свою статью не только юбилею районной газеты, но и юбилею посёлка Хужир, его исто­рии, памяти погибших». (Редакция газеты «Бaйкaльские зори».)

The post Трагедия на Бaйкaле appeared first on Таинственный Ольхон.

The post Жемчужина Oльxoна озеро Шара-Нур appeared first on Таинственный Ольхон.

Автор: Кирильчук Л. Г.

В одну из летних ночей 1949 года в п. Хужир случился по­жар – сгорела новая, построенная года два назад, контора Ма­ло-Морского рыбозавода. В ней размещалось заводоуправле­ние. Построенная из бруса, она была самым большим зданием послевоенного времени. С одной стороны от неё стояло здание поселкового Совета (тоже из бруса), а с другой – маленький до­мик отделения связи.

С моей приятельницей, Аминой Давлетовной, вспоминаем подробности этого происшествия. Утром, после пожара, выяс­нилось, что был совершён поджог, с целью скрыть следы пре­ступления – убийство сторожа конторы. Помню, мы с семьёй жили на улице Нагорная, напротив конторы и из наших окон хорошо было видно здание.

The post Однажды летней ночью appeared first on Таинственный Ольхон.

Здесь у Бога почти на краю,
Необъятно распластав в просторе,
Гонит море синюю волну,
Дарит щедро нежные прибои.

На острове Oльxoн в прошлом 20 веке было достаточно много деревень и улусов.  Постепенно многие из них исчезли и остались в воспоминаниях старожилов.  Недалеко то – время, когда уйдут из земной жизни и эти люди и тогда не кому будет рассказать живущим, где и как жили их предки, чем занимались, к чему стремились, что получили.

История исчезнувших деревень напрямую связана с историей России.  Надеюсь, что мои дети всегда будут патриотами своей Родины, какая бы она не была. Так, как не выбирают при рождении мать, так не выбирают Родину.

О маленькой родине моего бывшего мужа, я хочу рассказать, чтобы дочь  наша, Елена Сергеевна Самсонова, и внучка Варвара  знали,  откуда родом их отец и дед Кирильчук Сергей Васильевич.

Сергей Васильевич родился в отмеченном богом месте, на острове Oльxoн в маленькой рыбацкой  деревне  Буругер, которая  расположена  на севере острова, примерно в  18 км от столицы Oльxoна – Хужира.

По дороге на север острова,  вскоре, как проедешь деревню Улан – Хушин (Халгай),  отходит неприметная  дорога влево. Сначала  она вьётся по траве, а затем въезжаешь в  душистый лиственничный лес. Дорога ухабистая, проехать трудно, но всё недовольство  от плохой дороги проходит, когда открывается взору красавец Бaйкaл. Это и есть родина моего бывшего мужа – Буругер.

Буругер в переводе с бурятского языка  – «неправильная изба».  Такое название возникло,  скорее всего,  от того, что  берег Бaйкaла в этом заливе имел подвижную почву,  и строить  на нём дома было небезопасно, в любой момент мог произойти оползень и все постройки разрушаться. Другая версия «неправильной избы», это то, что деревянные бурятские юрты — шести или восьмиугольные, отличались от русских четырёхугольных и не имеют окон.

В далёкие пятидесятые годы по берегам  озера Бaйкaл существовало много мест, мелководных, удобных заливов, которые использовались для ловли рыбы закидным  неводом, их называли  тони. Были тони: Болдаковская, Пятьдесят вторая, Буругерская, тоня Дудеева, колхоза «Герои Арктики» и другие.

Катера и мотолодки перевозили рыбу  в рыбоприёмные пункты, где её обрабатывали. Рыбы добывали много. На Oльxoн вербовались люди из разных мест, были даже с Чёрного и Азовского морей. Жили на острове депортированные граждане  из  стран Прибалтики, западных областей СССР, бывшие узники и конвоиры  исправительно-трудовой колонии  (ИТК), эвакуированные из разных точек Советского Союза и всём им была работа,   находилось  место для проживания.

На живописном берегу Буругерской тони, рыбозавод построил лабаз для приёма и обработки рыбы. Так в местечке, по обеим сторонам  выстроенного лабаза, начали подниматься  жилые дома,  построили пекарню и магазин.  Из воспоминаний старожилов выяснилось, что домов в рыбацком посёлке было немного, примерно 6 дворов.  До постройки магазина рыбаки, жившие в  д. Буругер и в соседнем  селе Песчанка, покупали товары первой необходимости,  на катере «Норд – Вест», на котором находилась  передвижная лавка.

Кроме рыбоприёмного пункта в улусе Буругер был колхоз имени М.И. Калинина. Рыболовецкую бригаду от этого колхоза возглавлял знатный бригадир Урбазай Урбаханович Урбаханов.
Сегодня мне никто не смог сказать, когда точно образовался эта  маленькая рыбацкая деревня.

Тамара Леонтьевна Березовская  рассказывает, что в 1953 году в Буругере жили семьи: Сергея Семёновича  и Нины Васильевны Копыловых, Петровых, Сакс Анны с мужем и детьми, Дьяковых Анны с мужем Владимиром и сыновьями Василием и Виктором.

Отец Тамары Леонтьевны, Леонтий Иванович работал конвоиром в лагере, расположенном в  Песчанке. Заключённые занимались рыбной ловлей под надзором Леонтия Ивановича.  Он был добрым и отзывчивым человеком, доверял людям. Однажды в улусе Буругер после работы  отпустил на свидание  одного заключённого, сам очень переживал, но к счастью, мужчина его не подвёл, вернулся вовремя.

В Буругере у семьи Березовских  жили друзья, семья Петровых. У Петровых  мылись в «бане по – чёрному». Такие бани  строили тогда многие островитяне. В деревянном срубе,  клали  из камней печь, на камнях грели воду для мытья.  Дым при топке шёл в баню, раскаляя жаром стены и потолок, а когда в помещении становилось жарко, хозяйка выгоняла дым из бани, обметала стенки от  сажи  и семья шла мыться.

На берегу  стояло много лодок, катеров, «мотодор», «подъездков».

Место, где  расположилась  деревенька,  уникально. Песчаный пляж, позволяет  беспрепятственно подходить судам к берегу. Перед песчаным пляжем расположились жилые дома, лабаз, магазин, пекарня.  Сразу за домами богатейшая природа -  вековые лиственницы, густая трава, багульник, грибы и различные  ягоды: брусника, костяника, черёмуха,  дикая малина, которой в наше время на Oльxoне практически нет. Яркие  поляны из полевых колокольчиков  и жарков.  Было,  где порезвиться местным ребятишкам.

Возможно, поэтому один из сыновей Анны Дьяковой – Василий стал художником. Он окончил Хужирскую школу, был страстным краеведом. Живёт и работает городе Усть-Кут. Каждое лето  проводит в Хужире, по просьбам земляков, занимается  оформительскими и дизайнерскими работами.

Ничего сегодня неизвестно о семье Петровых, в гости к которым ходила Березовская Тамара Леонтьевна, будучи маленькой девочкой. Семья Сакс давно выехали с Oльxoна, но один из их сыновей живёт в  Иpкyтcке и бывает с семьёй на Бaйкaле, навещает колыбель своего раннего детства – Буругер.

В семье  Копыловых в то время, когда они начали жить в Буругере,  дети были взрослыми.

Галина Сергеевна вышла замуж за Бахаева Семёна Алексеевича, работавшего  ревизором в райпотребсоюзе  села Еланцы. Сама Галина Сергеевна  работала в заготконторе. У них родилось  двое детей – Татьяна и Сергей, которые приезжали к дедушке и бабушке летом погостить, покупаться, поиграть на  цветном  черно, красном и белом  песке.  Полазить по сыпучим песчаным барханом, полакомиться малиной и черёмухой, от которых на зубах оставался песок,  закалиться в прохладной воде  батюшки Бaйкaла и  набраться сил к новому учебному году.

Сил этих хватило ребятам окончить Еланцынскую школу, поступить в институты. Сергей стал бортинженером, окончил Киевский  институт  гражданской  авиации, а Татьяна в настоящее время работает начальником    Oльxoнского районного  управления  народного  образования.

Василий Сергеевич жил и работал в селе Онгурён. Детей у него не было.

Евдокия Сергеевна Копылова – Рыкова всю жизнь прожила в Oльxoнском районе. Вырастила двух сыновей. Старший Анатолий живёт с семьёй в Питере, а младший в Бодайбо. Их дети уже окончили институты и работают.

Семён Сергеевич, женился на Дудиной Тамаре Ивановне. Всю жизнь проработали на Маломорском рыбозаводе. Родили четверых детей. Старшая дочь Ольга, после учёбы уехала по распределению в Читинскую область, да так и осталась там.  Имеет  троих детей, которые тоже уже получили высшее образование и живут недалеко от своих родителей.
Юра жил в Хужире и всё трое  его детей  живут в Хужире.

Вася имеет от первого брака двоих детей в городе Чита, а сам сейчас живёт в Хужире.

Младший Женя не спешит жениться, всё ёще с матерью живёт.  Именно сыновья Семёна Сергеевича Копылова Юра, Вася и Женя часто бывали в  осиротевшем доме  деда и бабушки. До сегодняшнего дня Василий и Евгений приезжают в Буругер отдохнуть, порыбачить.

Владимир Семёнович Копылов, младший сын Нины Васильевны и Сергея Семёновича всю жизнь прожил  и проработал на метеостанции в м. Узур. После смерти жены живёт один, детей у них не было.

В 1954 году  из  села Косая Степь в Буругер приехала семья Кирильчук.
Василий Лукич с  молодой женой Галиной Ивановной Дудоровской и маленькой дочкой Тамарой.  Василий Лукич пошёл работать в пекарню, вместо уехавшего пекаря Копейкина. Стряпал хлеб, торговал в стоявшем на берегу  магазине.

На мой вопрос, почему переехали в Буругер,  ответил просто: лучше здесь было.  Мой свекор, умудрённый жизнью, мужчина, прошедший Великую Отечественную войну, действительно знал, где будет лучше его молодой жене и детям. Женился  он после войны второй раз, в первом браке не было детей, поэтому он считал главным смыслом своей жизни родить и растить потомство.

В Буругере  у них с Галиной Ивановной в 1955 году  родилась вторая дочь Нина, названная так в честь Нины Васильевны  Копыловой, принимавшей роды.  Дом семьи Кирильчук стоял на горе, а дом Копыловых  под  горой. Василий Лукич купил этот дом за бочку рыбы у бурята, уёзжавшего с Oльxoна.  Маленький, чисто побеленный и покрашенный домик, пережил вместе со своими хозяевами много разных событий.

Второе важное событие в жизни Василия Лукича было рождение сына, моего будущего мужа Сергея. Его тоже принимала  Нина Васильевна Копылова. В честь её мужа Сергея Семёновича  был назван первый сын Василия Лукича.  Подрастали дети. Жена, красивая, молодая (почти на 10 лет моложе мужа) оказалась на удивление хорошей хозяйкой.  Всё успевала: детей обихаживать и дом, вести немалое хозяйство, в котором держали – коров, гусей, уток.

Прожили Кирильчуки в Буругере 4 года. Жили и радовались, но постепенно  жизнь в посёлке стала затихать.  Лабаз, где производили первичную переработку омуля: мыли тёплой водой, солили,  стал,  не востребован. Люди перебрались в  соседнюю деревню  Песчанку. Меньше  стало ловиться рыбы, лабаз всё чаще  пустовал.  Ссыльные и депортированные жители рыбацкого посёлка Буругер, после амнистии стали разъезжаться, кто куда.  Одни возвращались на родину, другие в более цивилизованные места.

Галина Ивановна, дружила с семьёй литовцев, которые  уехали  на родину. Они писали долгое время письма и отправляли посылки Кирильчукам.  Весной 1959 года покинули Буругер и Кирильчуки.

Они перевезли свое хозяйство в Песчанку, но осиротевший дом не бросили. Сажали на огороде картошку, сеяли зелёнку.  Судьба многих домов  стоявших в Буругере  неизвестна. Пекарню, сожгли, используя  на дрова, а вот дом, в котором был магазин  жив до сегодняшнего дня. Его  давно перевезли и поставили в Хужирском сельпо. Теперь это маленькое здание – проходная Хужирского КООП.

В восьмидесятых годах прошлого столетия умерли  сначала баба Нина, а потом и дядя Сергей Копыловы. Их дети и внуки остались на Oльxoне и  бережно хранят скромное наследство своих предков.

Кирильчуки в 1969 году выстроили дом в Хужире и переехали из Песчанки, но свой дом в Буругере никогда не забывали.   Каждое лето Галина Ивановна с Василием Лукичом и детьми приезжали в Буругер, дом белили, мыли, красили полы, а потом приезжали на выходные дни, как на дачу.

Соседей  уже не осталось,  бабку Дусю  Обухову увёз в Иpкyтcк, посадил на поёзд и отправил на Запад, откуда её этапом  привезли чекисты отрабатывать трудовую повинность в лагерь  в Песчанке за невыполненные трудодни – Кодесников Геннадий старший.  Пробивной  еврей из Иpкyтcка сообразил, что здешние благодатные места для семейного отдыха будут всегда востребованы.  Каждое лето он вывозил сначала детей, а потом внуков на живописный берег Буругера.

Посёлка  давно официально уже не существовало по документам, но продолжал жить своей жизнью дом Копыловых, отдыхали в стареньком домике, летом и осенью, Кодесниковы.  Природа на месте не стоит и однажды произошёл сильный оползень, образовалась большая впадина, разделившая Буругер на две части.

Наверху остался дом Кирильчуков, а за впадиной дом Копыловых.   Многочисленные дикие туpисты устроили в Буругер  настоящее паломничество, их не держит плохая дорога, не пугает, что в дождь выбраться из Буругера практически невозможно на любом транспорте.  Берег Бaйкaла уставлен палатками, а в лесу белеют многочисленные предметы женской гигиены,  и разгоняет свежий бaйкaльский ветер куски туалетной бумаги.

Судьбы людей не всегда складываются, как хочется людям, хозяевам жизни. В какой – то момент нас учит жизнь,  ставя   в различные жизненные  ситуации.  Человек, считающий себя хозяином своей судьбы, не всегда выполняет задачи жизни на «отлично».  Так произошло и с нашей семьей.

Спустя 18 лет, после  создания нашей с Сергеем Васильевичем  семьи, всё рухнуло в один миг. От общего дома остались обломки. Мы расстались.   Дочь Елена только поступила в Иpкyтcкий университет на исторический факультет, сын Василий  заканчивал 1 класс.  Случилась автомобильная авария. В ней погиб наш маленький сын.  Не стало семьи.

Сергей Васильевич Кирильчук, пытаясь устроить свою новую жизнь,  скитался по Иpкyтcку, какое-то время жил в Хужире и вновь  вернулся на свою малую родину Буругер, потому, что  родина, как мать, всегда готова принять своего блудного сына, дать ему приют и укрыть от невзгод.

Мать   Сергея, Галина Ивановна  уже много лет покоится на Хужирском кладбище, а Василий Лукич дожил до 90 летнего возраста.   Это всё ещё крепкий мужчина, только вот на ноги жалуется, глаза стали хуже видеть, да слух подводит. Зимой  2010 года по неосторожности  Сергей лишился дома, где родился и куда вернулся после всех жизненных дорог. Перед рыбалкой, решил протопить печь, чтобы, вернувшись с моря,  дом встретил его теплом, но одна головня в печи никак не хотела догорать, Сергей  решил выбросить её на улицу, да и обронил дорогой уголёк.  С моря приехал к догоревшему дому.

Горевать, значит зря тратить время, которого нам даётся так мало на грешной земле.  Решение созрело сразу,  построю здесь дом. Само провидение пришло ему на помощь. Он получил после пожара новый паспорт и его прописали в Буругере. Очень быстро он с помощью старых друзей, потомков Буругерских соседей – Кодесниковых,  родных и своего энтузиазма за лето и осень 2010 года  выстроил новый дом, в котором и живёт в настоящее время.

Последний житель, исчезнувшего посёлка, не дает ему умереть.   Он живет на свою пенсию, садит рыбакам сети,  ловит рыбу себе на еду и по – своему счастлив.  Глядя в окно на Бaйкaл, он мысленно восхищается родной природой и ему на ум приходят строки стихотворения нашего земляка Василия  Мотоева:

Тебе, Oльxoн, пою я эту песню,
К тебе любви ни капли не тая,
Что края нет прекрасней и чудесней,
Чем маленькая родина моя!

The post Последний житель исчезнувшего улуса Буругер appeared first on Таинственный Ольхон.

Автор: Кирильчук Л. Г.

Накануне Дня пожилого человека и 70-летия Oльxoнско­го района мне хочется рассказать о хорошем человеке, вспомнить ей родителей, которых я знала, и которые внесли большой вклад в развитие посёлка Хужир.

The post Наставница appeared first on Таинственный Ольхон.

The post Берег моего детства appeared first on Таинственный Ольхон.

 Автор Николаева Н. П.

История и этапы исследования

1Моя работа по исследованию истории лагеря фактически началась в апреле 2012 года. Сначала  я встретилась с директором музея истории Иpкyтcка и председателем общества “Мемориал” Терновой Ириной Ивановной. Она мне рассказала, что было два лагеря- один в Песчаной, другой в Семисоснах. В “Мемориале” есть самое полное собрание сведений о лагерях в Иpкyтcкой области, есть карта лагерей, но никаких упоминаний именно об этих лагерях нет. У Ирины Ивановны есть записанный со слов рассказ женщины, которая сидела в этом лагере, а потом была на поселении в Хужире, но о лагере она не рассказывала, а только за что ее забрали и как везли в лагерь.

Ирина Ивановна посоветовала обратится в архив МВД и к директору музея “Тальцы” Владимиру  Тихонову. С ним я тоже встретилась, он ничего нового не сказал, только подтвердил, что лагерей было два и никаких сведений и документов у него нет. Рассказал только о статье про Озарко, так как в статье упоминается его отец, у него дом в Халгае. Они с отцом ездили к Озарко ,когда была написана эта статья.

Кроме того он рассказал следующие сведения:

Возникли лагеря в 37-38 годах, но основная масса прибыла в лагеря в 49-50 годах. В 56 г. прошла амнистия и многие уехали. Всего в лагерях сидели  и были на поселении 15 тыс. человек .На острове было много деревень. Халгай была очень большая деревня ,были поселки в Песчанной, в Семисоснах, в Хадае. Люди были в основном из Западной Украины, Белоруссии откуда были также поляки проживающие на территории Белоруссии и с Литвы. Никаких документальных подтверждений этих сведений нет.

В Песчанной была колючая проволока. Сохранились два барака ,сейчас остался один барак говорят его приватизировала какая то семья, а второй барак сгорел. У Тихонова была идея сделать в оставшемся бараке музей, но поскольку никаких данных и материальных предметов нет, эту идею пришлось оставить. Посоветовал обратится в архив КГБ. Эти два человека самые компетентные по вопросу лагерей в Иpкyтcке и они никакой точной информации не дали. Остается только обращаться в архивы.

На заседании общества “Родословие”, в котором я состою, я подняла вопрос по поводу архивов. Председатель общества Пономарева Наталья Сергеевна пообещала сделать ходатайства в архивы от имени общества.

2Лето я провела на острове Oльxoн и у меня была возможность съездить в Песчаную, встретится с Корнапольцевой т. Катей,  сделать осмотр местности и составить план поселения , уточнить местоположение бараков. Я приехала в Песчаную на попутном  уазике в 10.30 и уехала в 16.30. Сначала я походила по окрестностям, сделала план местности с теми зданиями, которые сохранились.

Я была на месте, где стоял дом Роговых, там была целая улица и рядом установлен поклонный крест. На кресте надпись-«Это место помнит страдания жертв репрессий середины XX века» Сам  крест находится за территорией лагеря(это подтвердила т. Катя), рядом на опушке леса.

The post История лагеря в Песчаной. Часть 2. appeared first on Таинственный Ольхон.

В Государственном архиве Иpкyтcкой области имеется корпус документов, книг и журналов Иpкyтcкого губернского тюремного комитета, который до 1917 года ведал положением дел во всех местах заключения, расположенных на территории нашего края. В частности в архиве есть циркуляр, где излагается план «Об устройстве каторжной колонии на острове Oльxoн, самом значительном из островов на озере Бaйкaл». И хотя этот план не был осуществлен, попытка создания тюрьмы на берегах славного моря заслуживает подробного рассказа об этом малоизвестном факте, а также о существовании на острове в более позднее время реальной тюремной зоны.

Тюрем не хватает

Тюрьмы всегда находились под пристальным вниманием властей. А в то время тем более, потому что в стране разразилась первая русская революция 1905 года. Народ бунтовал. Количество людей, осужденных на каторгу и ссылку, резко возросло. Врагов царского режима заковывали в кандалы и гнали по этапу в Сибирь. Для содержания заключенных нужно было много тюрем. В отчете иркутского губернатора Андрея Селиванова за 1906-1907 годы указывалось, что «неудовлетворительное положение тюрем осложняется еще и тем, что большинство тюремных зданий пришло в совершенную ветхость и не пригодно для правильного содержания в них арестантов».

Поэтому из Иpкyтcка в столицу было направлено ходатайство о постройке в губернии еще одного тюремного здания. Главное тюремное управление одобрило этот запрос и предложило местным чиновникам составить подробную докладную записку и смету расходов на предполагаемое строительство новой тюрьмы и содержание заключенных.По распоряжению губернатора главные смотрители всех тюремных замков (так в старину назывались тюрьмы) через некоторое время составили требуемую бумагу. Они предложили разгрузить две губернские тюрьмы – Иpкyтcкую и Александровский централ – от излишнего арестантского контингента, а часть прибывавших из России каторжников и ссыльнопоселенцев отправлять на Oльxoн. За пример, они взяли устройство тюремных колоний на острове Сахалин.

Этапы и полуэтапы

Oльxoнский этап, конвоирование, передвижение арестантов, обязанности стражников, устройство тюрьмы были продуманы разработчиками проекта вплоть до мелочей.В Иpкyтcк каторжников и ссыльных доставляли по железной дороге. В Иpкyтcкой пересыльной тюрьме предполагалось делить их на партии примерно в 100-150 арестантов. Отсюда до Oльxoна они должны были передвигаться пешими этапами или на подводах. В первом случае путь до Oльxoна можно было преодолеть за 15 дней, во втором – дня за четыре, может пять. Этапы (деревянные бараки) предполагалось расположить по Якутскому (Качугскому) тракту на расстоянии 40-60 верст один от другого вблизи населенных пунктов. На каждом этапе арестантов должна была ждать сменная команда человек в 20 солдат при офицере, исполняющем обязанности начальника конвоя, и одного или двух унтер-офицеров.Так как расстояние между этапами было слишком велико, чтобы пройти его в один день в кандалах, то на полдороги намеривались устроить полуэтапы для ночлега партий. Полуэтапы были меньше этапов, иначе устроены и на них команда не сменялась. Посчитали, что партия должна была добираться до Oльxoна примерно за две недели пешим ходом, отдыхая каждые третьи сутки. Например, если она выступила из Иpкyтcка в понедельник утром, то к ночи дойдет до полуэтапа, во вторник переночует на этапе и в среду весь день будет отдыхать. В четверг она выступит в путь с новым конвоем, следуя тем же порядком, отдыхая каждый третий день, и меняя конвой на каждом этапе. С материка на остров арестантов должны были переправлять на специальной барже.Каждый арестант должен был получать по 10 копеек в сутки на пропитание и покупать съестные припасы у придорожных жителей, промышляющих такой торговлей. Летом одежда ссыльных должна была состоять из рубахи и портов из грубого холста, из таких же онучей и из котов – низких башмаков, с кожей на щиколотке для предохранения ноги от трения с кандалами. А также из шапки без козырька и серого халата. Одежда женщин такая же, с той разницей, что штаны заменялись юбкой. Женщины и дети, следующие за мужьями и отцами, могли носить собственное платье и брать с собой столько багажа, сколько входит в большой парусиновый мешок.

Тюрьма отменяется

Тюремную колонию предполагалось расположить где-нибудь в районе между мысом Хужирским и мысом Саса. Песчаные берега этой местности, поросшие соснами и лиственницами, рассеченные скалистыми мысами, по-видимому, произвели на авторов циркуляра из тюремного ведомства сильное впечатление. Они почему-то надеялись, что красота бaйкaльских пейзажей благотворно повлияет на поведение арестантов.Главное здание Oльxoнской тюрьмы должно было состоять из двух смежных корпусов, образовывающих большой квадрат. Тюремный двор предполагалось обнести оградой. По углам поставить вышки для тюремного караула. В самом здании должно было находиться 10 общих камер, 10 одиночек и тюремная мастерская. Во дворе – кухня, баня, прачечная, кладовые и церковь.
Для возведения тюремного комплекса требовался строительный материал. В частности авторы проекта предполагали в качестве каменоломни использовать кладки каменных стен и их обломки пустить в дело. Эти стены были возведены в глубокой древности туземными обитателями острова и являлись археологическим памятником Бaйкaла. Тем не менее, эти оборонительные сооружения, избежав разрушения по почину чиновников из тюремного ведомства в начале прошлого века, были все же разрушены в 1963 году – добытый камень употребили для укрепления мола в поселке Хужир.

Вопрос о строительстве тюремной колонии на Oльxoне решался около пяти лет. В отчете за 1910-1911 годы другим иркутским губернатором, Леонидом Князевым, было указано, что «расходы казны по содержанию и охране таких колоний, в частности Oльxoнской, по естественным своим условиям невозможны для сколько-нибудь производительного применения сил колонистов». После этого губернское тюремное ведомство отказалось от своего плана, и на остров Oльxoн тогда не ступила нога подневольного человека.

Гулаговские деликатесы

Однако, уже при советской власти, в середине 30-х годов на острове все же организовали колонию – одно из многочисленных подразделений ГУЛАГа. Располагалась она почти на северной оконечности Oльxoна, в деревне Песчаная. Об этом до недавнего времени свидетельствовали оставшиеся на ее месте дома с заколоченными крест-накрест пустыми окнами, поваленные столбы с обрывками колючей проволоки, обломки сторожевых вышек и последняя жительница Екатерина Ивановна Карнапольцева. Она рассказала, что первую партию «врагов народа» – раскулаченных крестьян – пригнали на Oльxoн из центральной России. Именно они сколотили вышки и бараки, обнесли территорию колючей проволокой. Основная трудовая повинность зэков – добыча рыбы. Заключенные, стоя по несколько часов в холодной воде, неводом и сетями ловили омуля. Тут же на льду его сырым ели и снегом закусывали. Это не возбранялось, но за одну-единственную рыбешку, принесенную в барак, сажали в карцер. Когда налетал ураганный ветер Сарма, бригадные радовались. Начинался шторм, и для заключенных эти дни были выходными.Деревня

The post Oльxoн: Тюрьма и зона. Исторические очерки. appeared first on Таинственный Ольхон.

• Автор Кирильчук Л.Г.

Наступило время осенних штормов – беспокойное для матерей и жён, трудное для рыбаков. Мы, живущие на берегах самого прекрасного, но сурового озера в мире, как никто другие знаем нрав Бaйкaла. Рассказывая о корабельных драмах, хотим напомнить всем землякам о необходимости соблюдения техники безопасности на воде. Начнём с далёкого 1898 года…

К 1898 году железная дорога подошла к Бaйкaлу, для переправы вагонов через озеро предназначались 2 ледокола – «Бaйкaл» (железнодорожный паром) и «Ангара» (грузопассажирское судно).

The post Корабельные драмы appeared first on Таинственный Ольхон.